При этом 29% руководителей учреждений и 16% губернаторов за эти десять лет были репрессированы или уволены и оказались не у дел. Перестройка системы управления не обошла стороной и такое специфическое учреждение, как гвардия. Как уже говорилось, офицеры гвардейских полков получили награды но само участие поручиков и капитанов в решении вопроса о самодержавстве не могло не беспокоить императрицу. Ликвидировать же полки было немыслимо, и действовать пришлось осторожно. Послужной список офицеров и солдат Преображенского полка 1733 года показывает, что при Анне гвардейцы по сравнению с петровскими временами стали более зажиточными: беспоместных обер-офицеров в полку уже не было, и даже у многих рядовых-дворян имелось по 2030 душ. Новая власть стремилась поддержать этот порядок: указы императрицы требовали зачислять в полки только солдат и офицеров, которые достаток имели, чем себя будучи в гвардии содержать, и обязывали их иметь хороших лошадей, на которых караульные офицеры должны были отправляться во дворец. Верного Салтыкова Анна сделала подполковником Преображенского полка, а А. И. Ушаков наряду с Тайной канцелярией бессменно возглавлял Семеновский полк. Майорами Преображенского полка стали придворный князь Никита Трубецкой, Людвиг Гессен-Гомбургский и запомнившийся Анне в день 25 февраля Иван Альбрехт; в Семеновском полку также отличившиеся в феврале 1730 года Степан Апраксин и Михаил Хрущов. В течение двух лет из полков были выключены все младшие Долгоруковы, а в солдаты стали переводить наиболее исправных нижних чинов из армейских полков. Кавалергардская рота сначала получила от императрицы месячное жалованье не в зачет, но уже в следующем году была расформирована; часть кавалергардов была зачислена в новые гвардейские полки; большинство же получили назначение в полевую армию, и им приказано было немедленно отправляться к месту службы, дабы они в Москве праздно не шатались. Доклады и приказы по полкам 30-х годов свидетельствуют, что новая полковница старалась держать гвардию под строгим контролем. Императрица устраивала трактования гвардейских офицеров во дворце с непременной раздачей вина по ротам; регулярно посещала полковые праздники но одновременно установила еженедельные (по средам) доклады командиров полков и лично контролировала перемещения и назначения в полках. Даже прием новых солдат по итогам дворянских смотров министры Кабинета несли на ее утверждение; так, Анна лично определила в солдаты гвардии шестилетнего будущего полководца Петра Румянцева. Всем гвардейцам Анна категорически воспретила игру в карты в большие деньги. Полковое начальство с 1736 года не могло отправлять подчиненных в отпуска и посылки без разрешения императрицы. Она же своими резолюциями определяла меру наказания для провинившихся. Загулявший в первый раз сержант Иван Рагозин в качестве штрафа стоял под 12 фузеями, пропивший штаны гвардеец из придворных лакеев князь Иван Чурмантеев отправился в Охотск, а попавшиеся на воровстве вторично солдаты Федор Дирин, Семен Шанин и Семен Чарыков были повешены. Приговорила Анна к смерти и взяточника поручика Матвея Дубровина, хотя и разрешила его от бесчестной смерти уволить, а вместо того расстрелять. Колебания высших гвардейских чинов заставили Анну и ее окружение принять более решительные меры. 30 августа 1730 года, в день орденского праздника Александра Невского и заключения Ништадтского мира, императрица объявила о создании нового гвардейского пехотного Измайловского полка во главе с обер-шталмейстером Карлом Густавом Левенвольде. Рядовых набирали из украинской ландмили- ции и полевых полков, а офицеров из наиболее надежных кавалергардов и армии; таким путем в новую часть попали молодой Василий Нащокин и отец известного писателя века армейский поручик Тимофей Болотов. В феврале 1731 года полк уже получил знамена и приступил к несению караульной службы во дворце. В конце 1730 года началось формирование еще одного подразделения полка Конной гвардии. Формально шефом полка считался Ягужинский, но с его отъездом подполковником стал князь Алексей Иванович Шаховской. Конногвардейцев также тщательно отбирали из других полевых полков.